Гвидон

Маноцков сегодня - заслуженно востребованный композитор, творчество которого можно без всякой иронии охарактеризовать эпитетами, которыми у Чехова "ласкали" прозу Тригорина: "мило и талантливо, мило и талантливо". "Золотое", которое эксклюзивно в постановке Могучего и Крымова сыграли на церемонии "Золотой маски" весной, было "милое и талантливое":

http://users.livejournal.com/_arlekin_/1388809.html

Хоры в "Коте, который гулял, где ему вздумается" - "милые и талантливые":

http://users.livejournal.com/_arlekin_/1507316.html

Но как Тригорин, который "хороший был писатель", и все-таки "писал хуже Тургенева", Маноцков - хороший композитор, однако поставить его в один ряд не то что с Прокофьевым и Шостаковичем (ничего личного - Прокофьев для меня самый любимый композитор, к Шостаковичу я в лучем случае равнодушен), но даже с Мартыновым и Десятниковым ну никак, положа руку на сердце, невозможно. А с Брейтбургом и Дробышем он, в свою очередь, и сам не встал бы, пожалуй. Иначе говоря, Маноцков - явление единичное, уникальное. И написанная на тексты Хармса опера, в основе которой его ранняя (1930) пьеса, а точнее, драматический отрывок "Гвидон", если рассматривать ее вне историко-литературного контекста, как чистую музыку, совсем неплохая - "милая и талантливая" как минимум. Со спектаклем Огарева, правда, сложнее - я бы его и спектаклем-то в полном смысле слова не назвал, он тянет на музыкальный перформанс, не больше и не меньше, но в этом тоже ничего постыдного нету. А хор ШДИ просто на высоте. Проблема "Гвидона" все-таки в музыке, точнее, в музыкальной драматургии, в концепции, от которой отталкивается композитор, а вслед за ним и режиссер-постановщик.